7 февраля в Сочи стартуют Олимпийские игры. О том, стала ли 22-я Зимняя Олимпиада всеобщим кавказским праздником, о том, что она значит для кавказского региона, а также о надеждах, связанных с периодом, который настанет, когда залпы прощального салюта Игр отгремят, обозреватель «Голоса России» Иван Сухов беседует с двумя российскими экспертами-кавказоведами: Николаем Силаевым и Ахметом Ярлыкаповым. Оба они только что вернулись из Пятигорска, где прошел большой круглый стол о роли муниципалитетов в кавказской политике.
Автор и ведущий – Иван Сухов, обозреватель «Голоса России»
Гости в студии:
Ярлыкапов Ахмет - старший научный сотрудник Института этнологии и антропологии Российской академии наук
Силаев Николай - директор некоммерческого партнерства «Кавказское сотрудничество»
Иван Сухов: Через несколько дней в Сочи стартуют 22-е зимние Олимпийские игры, один из важнейших спортивных праздников международного уровня. Что эти игры принесут Кавказу, станут ли они, как ожидалось, положительной визитной карточкой Кавказского региона, изменят ли они имидж? Достаточно ли Кавказ участвует в этих зимних Олимпийских играх? Что такое XXII Олимпиада в Сочи для Северного Кавказа?
Ахмет Ярлыкапов: Вопрос сложный. С одной стороны, на Олимпиаде достаточно хорошо представлены представители Северного Кавказа, потому что у нас традиционно сильная школа борцов. С другой стороны, Северный Кавказ путем создания двух округов отделился от Краснодара и Сочи.
Иван Сухов:Это было решение 2010 года о создании Северо-Кавказского федерального округа, которое многие оценили в непосредственной связи с подготовкой к Олимпиаде.
Ахмет Ярлыкапов: Очень положительно Олимпиада повлияет и на развитие инфраструктуры непосредственно в Сочи и на территории Краснодарского края. Насколько это непосредственно повлияет на Северный Кавказ, это достаточно большой вопрос. Нам надо дождаться, чтобы Олимпийские игры прошли и посмотреть, как дальше будет развиваться ситуация. Пока же для северокавказского региона объявление Сочи столицей Зимних Олимпийских игр вызвало некоторое возбуждение представителей имарата «Кавказ», обострение черкесского вопроса. Я очень оптимистично оцениваю, как все развилось. Представители черкесского национального движения очень разумно подошли к разрешению этого вопроса, не стали развивать эскалацию вокруг него. И я очень надеюсь, что черкесская символика будет представлена. Серьезного обострения не получилось, и это достаточно большая заслуга всех, кто участвовал в обсуждении вопроса.
Иван Сухов: Решение о проведении Олимпиады в Сочи было принято в 2007 году в Гватемале. Тогда казалось, что это прекрасный способ презентовать миру Северный Кавказ немножко другой, чем тот, о котором принято читать и смотреть. В 2010 году было принято решение о создании округа. И с этого момента кажется, что организаторы Олимпиады все больше старались ее максимально дистанцировать от Северного Кавказа, чтобы люди забыли, что этот проект находится в очень сложном и очень заинтересованном в том, чтобы какой-то другой стороной повернуться к внешнему миру ландшафте. Что больше получилось: это все-таки общекавказские игры, или это до некоторой степени праздник с забором?
Ахмет Ярлыкапов: Все-таки не получается отделаться от того ощущения, что это праздник за забором, к сожалению. Этот безумный потенциал к объединению региона, потенциал по части презентации северокавказского региона как региона пестрого и культурно богатого, в том числе на спортивные достижения и спортивный дух, к сожалению, оттеняется.
Иван Сухов: Ваши полевые наблюдения подтверждают информацию о том, что в Дагестане распространяются полицейские предписания о том, что граждане должны обязательно уведомить свои РОВД о намерении покинуть территорию республики?
Ахмет Ярлыкапов: К сожалению, да, есть такая чрезвычайщина, мне кажется, мало оправданная. Потому что это касается базовых прав граждан РФ, каковыми являются и граждане Дагестана, Чечни, Ингушетии. Об этих трех республиках в основном говорят, что там есть такие предписания.
Иван Сухов: Но лидер самопровозглашенной преступной организации «Имарат Кавказ» Доку Умаров за несколько месяцев до открытия Олимпиады публично анонсировал террористические атаки. В этих условиях можно ли считать какие бы то ни было ограничения по движению чрезвычайными? Может быть, это укладывается в концепцию приоритета безопасности на Олимпийских играх?
Ахмет Ярлыкапов: Приоритет безопасности безусловен и не обсуждается. Но в данном случае мы выделяем группу российских граждан, и у нас получается, что кто-то более склонен к террористической деятельности по географическому признаку и по признакам принадлежности к определенной этнической группе. Между тем, к сожалению, профессионально это не всегда так. И получается так, что в террористическую деятельность могут быть вовлечены не только так называемые лица кавказской национальности. В этом плане, мне кажется, более продуктивны были бы иные методы – обеспечивать безопасности на территории самого города Сочи и на территории, где проводятся Олимпийские игры. Согласно опросам ВЦИОМ, ничто малое количество россиян сказало, что поедет на игры в Сочи.
Иван Сухов: Очень многие на Северном Кавказе ждут, что Олимпиада станет некой точкой изменений. После того, как закончится Олимпиада, начнутся масштабные преобразования. Согласны ли вы, что такое ожидание на Северном Кавказе распространено, и если да, насколько оправданны эти ожидания, что после Олимпиады все станет по-другому?
Ахмет Ярлыкапов: Эти ожидания распространены не только на Северном Кавказе, а вообще по стране. На Северном Кавказе эти ожидания еще больше.
Иван Сухов: К нам присоединился Николай Силаев, директор некоммерческого партнерства «Кавказское сотрудничество». Эта организация только что в Пятигорске провела большой круглый стол, посвященный муниципалитетам на Северном Кавказе. Как вы считаете, оправданны ли те ожидания перемен, которые на Северном Кавказе связаны с Олимпиадой, может ли она стать реальной точкой изменения к лучшему?
Николай Силаев: В той степени, в какой могла, наверное, уже стала. Потому что ожидалось, что сочинская стройка и проект туристического кластера оживит экономику северокавказскую, эти крупные проекты подтянут мелкие проекты вслед за собой. Мне кажется, все, что могло в связи с этим наступить, уже наступило. А что касается того, что Олимпиада станет каким-то рубежом, после которого будут приниматься какие-то новые политические решения, практика последних лет показала, что политические решения принимались и помимо Олимпиады. Я, например, не ожидал, что до Олимпиады уйдет со своей должности глава КБР Арсен Каноков. Никто не ожидал, что в Дагестане поменяется глава республики.
Иван Сухов: А летом уйдет мэр Махачкалы. А вы, Ахмет, как считаете, ожидают ли на Северном Кавказе кадровых изменений после Олимпиады, и оправданны ли эти ожидания?
Ахмет Ярлыкапов: Ожидания растут. В Дагестане Олимпиада воспринимается как некий рубеж, который сдерживает серьезные кадровые решения. Считают, что вот эта задержка и некие плавные действия федерального центра в республике просто продиктованы тем, что близится Олимпиада, и нельзя ворошить. И есть ожидания в Дагестане того, что после проведения Олимпийских игр такие перемены будут более активными. Есть группа экспертов, которые говорят, что после Олимпийских игр вообще может стать неинтересен регион в плане каких-то изменений, и что могут забросить республику и ничего там не менять.
Иван Сухов: Николай, можно ли описывать нынешний подход как нежелание ворошить, и может ли такое возникнуть положение, когда Северный Кавказ после окончания Олимпийских игр перестанет быть интересен федеральному центру?
Николай Силаев: Я думаю, не перестанет. Вызовы то сохраняются. Насчет того, что не ворошить, я не уверен, что был принят принцип не ворошить. Может быть, он был принят, а потом было решено, что все-таки ворошить придется в каких-то случаях. Но вряд ли была попытка законсервировать ситуацию. Возможно, что на Кавказе часто ждут слишком решительных перемен. Но перемены неизбежно будут медленными.
Иван Сухов: У вас нет ощущения, что на Северном Кавказе всегда очень много ждут от центральной власти?
Ахмет Ярлыкапов: Да, именно поэтому и очень высоки надежды на федеральный центр на Северном Кавказе. Регионы уплывают из-под политического влияния Москвы, и слишком в регионе высок уровень коррупции и многих застарелых проблем. Людям кажется, что единственная сила, которая может что-либо изменить, повернуть динамику в положительную сторону – это федеральный центр.
Иван Сухов: Николай, вам не кажется, что это парадоксальные ожидания? На глазах у людей как раз ломаются связи с федеральным центром, а они все время ждут от федерального центра какой-то поддержки и каких-то решений, направленных в противоположном направлении.
Николай Силаев: Мне кажется, что когда мы говорим о том, что республики уплывают от политического влияния Москвы или о том, что ломаются связи с федеральным центром, нужно более конкретно определить, что мы имеем в виду. Что касается распространения политического ислама на Северном Кавказе, да, конечно, это отличается от тех общественных настроений, которые имеются, например, в Новгородской области. Что касается ухода от политического влияния, я бы так не сказал, потому что по-прежнему Москва определяет ключевые кадровые назначения, по инициативе Москвы начинаются крупные уголовные дела, от дотаций из центра зависят бюджеты республик и муниципалитетов. Именно в московские, питерские и другие вузы поступают абитуриенты с Северного Кавказа. В этом смысле есть признаки уплывания и признаки более тесной интеграции. В этом смысле как раз, может быть, Северный Кавказ стал ближе в последнее 20-летие к Москве и остальной России. И может быть, из-за того, что стали заметны различия, которые раньше были где-то на периферии, сейчас существует это представление о том, что Северный Кавказ другой, что он уплывает. На мой взгляд, он не настолько другой, как это могло бы показаться.
Иван Сухов:Мне кажется, это очень важный пункт о том, что Северный Кавказ стал ближе к центру, чем был 10-20 лет назад. И это важное наблюдение.
Читать полностью: http://rus.ruvr.ru/radio_broadcast/104022426/261871409/
- 88 просмотров